Отец начал курить еще в ранней юности после гибели Тихона Ивановича, своего отца. После пятидесяти, когда у него начался эндоартереит, врачи запретили ему курить. Он бросил эту привычку сразу, только во сне ему иногда снилось, что он курит. Во время войны свободная продажа папирос (а он имел обыкновение курить именно папиросы) прекратилась. Того, что давали по карточкам (и то далеко не всегда табачные карточки, как тогда говорили,"отоваривали"), отцу не хватало. У деда Василия Тимофеевича (маминого отчима) был запас папиросных гильз и машинка для набивки их табаком (трубочка, раскрывавшаяся на петельках на две половинки, наполнялась табаком; после этого она закрывалась, защелкивалась, вставлялась концом в гильзу, и табак выдавливался особой гладкой палочкой, плотно наполняя папиросу). С этой работой я в 5-6 лет справлялся прекрасно и очень любил это делать. Дед делился с отцом куревом, пока не кончился запас табака и гильз. На кафедре был мешочек табачной пыли, которую использовали как инсектицид. Кто-то случайно высыпал в этот мешочек пакет просроченных семян редиса. Отец пытался отделить табачную пыль от семян при помощи сита и сортировкой вручную, но это не очень-то получалось. Так и раскуривали дед и отец табачную пыль с редиской, чертыхаясь каждый раз, когда едкий дым от семечка примешивался к дыму от табачной пыли, тоже не очень-то вкусному. Мне, шестилетнему дуралею, это казалось чрезвычайно смешным. Летом 42-го отец, где-то добыв семян, вырастил на даче махорку, высушил махорочные листья, подвесив их на струны на чердаке, порубил и курил самокрутки, скручивая козьи ножки из газет. На сей раз запас махорки был такой, что сухие махорочные листья пылились на дачном чердаке до 1972 года.




Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.